Идея влияния Космоса на земную жизнь, как известно, уходит своими корнями в глубокую древность. Первая же конкретная гипотеза о влиянии Солнца на земные процессы в европейской науке нового времени была высказана знаменитым английским астрономом Вильямом Гершелем в начале 19-го века. Сопоставив небольшое число наблюдений над количеством солнечных пятен с колебаниями цен на товарное зерно, этот замечательный исследователь заключил, что Солнце каким-то образом влияет на погодно-климатические условия Земли, а значит на урожайность и, следовательно, на стоимость пшеницы. Удивительно, но этот первый по существу правильный результат не был серьезно воспринят научной общественностью.

После обнаружения цикличности в появлении солнечных пятен и открытия в середине 19-го столетия связи их числа с магнитной активностью ученый мир пережил относительно короткий период увлечения сопоставлений с солнечными пятнами всевозможных явлений. Однако к концу 19-го века настроение научной общественности сильно изменилось и были поставлены под сомнение даже надежно установленные факты, касающиеся воздействия Солнца на Землю. В последующий период в 20-м веке оппозицию встречали любые данные и соображения, относящиеся к влиянию солнечной активности на медико-биологические явления. Подавляющее большинство исследователей рассматривало изучение этих вопросов как дело совершенно несерьезное, а многие были искренне убеждены в том, что сама идея воздействия Космоса на живое ненаучна. Тем не менее, интерес к данной проблеме продолжали проявлять разные исследователи.

Выдающийся шведский ученый С.А. Аррениус глубоко интересовался космической физикой. Он, вероятно, был одним из первых, кто совершенно ясно представлял себе феноменологическую схему влияния Космоса на биосферу: какие-то процессы в космическом пространстве влияют на нашу среду обитания через изменение параметров некоего фактора, оказывающего непосредственное влияние на организм. По его мнению этот фактор имеет электрическую природу [1] .

Известный советский ученый А.Л. Чижевский обнаружил в результате исследований широкую распространенность космо-биологических явлений и понял, что они представляют собой общебиологическую закономерность. Многие затронутые им вопросы, продолжают оставаться актуальными и поныне [2,3].

Многие исследователи, не охватывая всей проблемы в целом, содействовали развитию ее отдельных сторон. B. Dull и T. Dull получили важные результаты, анализируя статистику смертности и заболеваемости в ряде крупных городов [4]. M. Takata обнаружил биохимическую реакцию, чувствительную к эффектам солнечной активности [5] Ф.Н. Шведов в России [6] и A. Douglass [7,8] в США установили влияние солнечной активности на темпы прироста (толщину годовых колец) деревьев. Итальянский физико-химик G. Pikkardi [9] разработал специальные тесты, чувствительные к гео-гелио-физическим возмущениям. Советский гематолог Н.А. Шульц [10] на основе разработанных им лейкоцитарных тестов обнаружил широтный эффект в гелиофизических влияниях, что позволило более четко определить физическую природу действующего фактора. Известный советский энтомолог Н.С.Щербиновский убедительно продемонстрировал наличие эффектов солнечной активности в мире насекомых [11].

Следует отметить, что в настоящее время по прежнему приходится сталкиваться с негативными оценками и проявлениями скепсиса по этому вопросу. Разумно задаться вопросом о возможных источниках такого скептического отношения. Одна из причин такого отношения к проблеме космических воздействий на биосферу, в общем, ясна: несмотря на большой эмпирический материал, собранный несколькими поколениями исследователей, вплоть до последнего времени ему не было дано убедительного теоретического обоснования. В полном соответствии с неумолимым законом функционирования современной науки, пока это условие не выполнено, соответствующие факты научным сообществом не воспринимаются. Более того, негативное отношение к концепции космических влияний в какой-то степени было обусловлено и психологическими причинами, прежде всего неосознанной реакцией на примитивные астрологические мифы. Следует отметить, что для теоретического описания солнечно-биосферных связей и построения соответствующих теоретических моделей необходимы определенные объективные предпосылки, которые появились и созрели только в середине 20-го столетия и которые уместно здесь перечислить.

1. Во второй половине 20-го века было обнаружено, что космическое окружение Земли - это пространство, где постоянно протекают разного рода динамические процессы. Это стало ясно после проведения крупнейшей в истории исследовательской программы - Международного Геофизического Года (1957-1958). Одновременно с этим изучение нестационарных периодических процессов на Солнце, космическом пространстве и на Земле стало обычной тематикой специальных международных программ и многих исследовательских коллективов.

2. Вторая половина 20-го столетия характеризуется бурным развитием биологических дисциплин. Одна из них - экология, - к концу века переросла биологические рамки и стала мощной междисциплинарной наукой, изучающей воздействие внешних факторов на живые организмы, их сообщества и биосферу в целом. За последние десятилетия в рамках экологического направления появились такие новые дисциплины, как биометеорология, медицинская география, экологическая физиология и биохимия, биоклиматология и др. В общем, в настоящее время у научной общественности укоренилась точка зрения, что на организм влияет одновременно множество факторов внешней среды. Освоение космического пространства и развитие космонавтики, естественно, поставило вопрос о влиянии факторов сверхнизкой интенсивности космического происхождения, которые регистрируются также и на поверхности Земли.

3. Примерно в этот же период формируется новая биологическая наука биоритмология, предметом которой становится изучение временной организации биологических процессов. Чуть позже началось активное изучение синхронизации биологических ритмов, в том числе и синхронизации внешними факторами. Именно эта наука внесла значительный вклад в решение проблемы космических влияний на биосферу.

4. Важное значение для решения проблем космо-биосферных связей имело развитие философских и методологических принципов, основанных на системном подходе. Живой организм, экосистема и биосфера стали рассматриваться как термодинамически открытые кибернетические динамические системы. Одновременно с этим развитие теории динамических систем позволило создавать математические модели, качественно описывающие поведение живых систем во времени и их высокую чувствительность к действию разнообразных факторов, которые по отношению к живой системе могут выступать в роли управляющих параметров.

5. Существенный вклад в разработку проблемы солнечно-биосферных связей внесло также развитие новых методов статистического анализа и компьютерных технологий, позволяющих накапливать и обрабатывать результаты количественных наблюдений большого числа параметров, а также надежно выявлять скрытые корреляции и периодичности между наблюдаемыми явлениями и процессами.

Таким образом, в настоящее время есть все основные предпосылки для серьезного теоретического осмысления вопроса о влиянии Космоса на биосферные процессы. Постановка перед мировой научной общественностью вопроса о реальности космо-биосферных связей представляется вполне правомерной и своевременной, а изучение биологических эффектов и механизмов действия космических факторов на живые системы должно стать предметом изучения нового направления науки - космос и биосфера. Уместно заметить, что предложенный А.Л. Чижевским термин "гелиобиология" в настоящее время не отражает полностью суть проблемы. Однако, учитывая, что солнечная динамика является основным фактором, регулирующим "космическую погоду" в Солнечной системе, термин "гелиобиология" по-прежнему часто используется в литературе.

Следует отметить, в настоящее время суть проблемы космо-биосферных связей сводится к ответу на вопрос, могут ли сверхслабые физические воздействия космического и земного происхождения (электрические и магнитные поля, электромагнитные волны и флуктуации их параметров во всем диапазоне частот, акустические и барические колебания и т.д.) оказывать воздействие на живые организмы и их экологические сообщества, а также каковы механизмы такой чувствительности (или же наоборот, нечувствительности и ареактивности). По сути это вопрос биологической активности и экологической значимости микродоз. Интерес к данной проблеме в последнее время значительно возрастает как со стороны биологов, медиков и гигиенистов, так и специалистов области химии, физики и радиоэлектроники. Об этом свидетельствуют материалы проводимых семинаров и конференций по данной проблеме.

Литература:

1. Аррениус С. Влияние космических условий на физиологические отправления. - Научное обозрение, 1900, № 2, с. 261-268.

2. Чижевский А.Л. Земное эхо солнечных бурь. М.:Мысль, 1976.-367 с.

3. Чижевский А.Л., Шишина Ю.Г. В ритме солнца. - М.:Наука, 1969.- 112 с.

4. Dull B., Dull T. Frage solar-aktiver Einflusse auf die Psyche.. - Z.gesamte Neurol. Und Psychiatr., 1938, Bd. 162, N 3, s. 495-497.

5. Takata M. Uber eine neue biologisch wirksame komponente der Sonnen-strahlung. Beitrag zu einer experimentellen Grundlage der Heliobiologie. - Arch.Meteorol., Geophys. Und Bioklimatol. B, 1941, Bd. 2, N 2, s. 486-489.

6. Шведов Ф.Н. Дерево как летопись засух. - Метеорол. Вестн., 1892, № 2, с.163-178.

7. Douglass A. Climatic cycles and tree growth. - Washington: Carnegie Inst., 1919. - 193 p.

8. Douglass A. Solar records and tree growth. Science, 1927, vol. 65, N 431, p. 220-221.

9. Pikkardi G. The chemical bsis of medical climatology. - USA: Springfield, 1962.- 146 p.

10. Щульц Н.А. Влияние колебаний солнечной активности на численность белых кровяных телец. - В кн.: Земля во вселенной. М.: Мысль, 1964, с. 382-399.

11. Щербиновский Н.С. Солнечно-обусловленная цикличность массовых размножений вредных насекомых и других животных. - Астроном. Сб., 1960, вып.3/4, с. 165-169.